?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

ПАМЯТИ СПЕЦКУРСОВ

Запись опубликована Школа как МАСТЕРСКАЯ. Пожалуйста, оставляйте комментарии там.

Это прощальное – поминальное – слово.

Мы простились в этом году со спецкурсами и вернулись к «нормальным урокам». Чтобы читателю был ясен драматизм ситуации, небольшой комментарий.

Спецкурсы – что-то вроде факультатива.  Дети выбирают предмет и учителя. Что тут особенного?  Но есть некоторые отличия…

Первое. На спецкурсе нет никакой программы.  Как это вообще проходило? Собираются  в самом большом кабинете школы  40 шестиклассников, перед ними – 4 учителя: учитель биологии, литературы, английского языка и истории.  Встает учитель биологии: «Можно будет делать любую тему: о животных, о человеке, а может и о космосе…». Учитель литературы: «Каждый будет читать свою любимую книжку, а потом расскажет о ней…»  Дети делятся на группы и расходятся.

Десять-пятнадцать детей пошли за учителем биологии.  Обсудили, определились с темой: кто-то будет делать  газету о слонах, а кто-то о домашних кошках или размножении морских свинок (тема морских свинок держалась на протяжении двух лет). Смотрят фильмы, читают книжки, говорят друг с другом, в конце четверти рисуют газету размером в лист ватмана и идут с докладом – это у нас называется словом «Десант» - в какой-нибудь класс.

Какая тут программа? Рассказывает Анна Владимировна, учитель географии: «Прошлый раз Виталик сказал, что он будет делать доклад  о минералах, я ночь не спала, книги подготовила, камни из кладовки вытащила. А сегодня: «Я передумал, Анна Владимировна, буду писать о Черных Дырах»». Конечно, смешно со стороны: блажь какая, интерес ребенка…  Не так уж смешно: Виталик, мальчик шустрый и любопытный, на протяжении семи лет школы делал только то, что хотели от него учителя, и,  разумеется, непросто в один день решить, что ему по-настоящему интересно - что он  хочет делать.

Второе.  Факультативы – дополнение к основной нагрузке. Спецкурсы – часть этой самой «нагрузки».  Мы не могли просто добавить спецкурсы в расписание:  после шести уроков и двух часов домашнего задания (его дети делали в школе, в часы самоподготовки)  войти в класс и спросить: «Ну, что вам, дети, интересно? Ну, может, хотите еще чего-нибудь узнать?»

Чтобы добавить  спецкурсы, нужно было что-нибудь убрать.  И мы решили работать без домашнего задания: всё необходимое будем делать на уроках, а домой – с пустыми портфелями! Три года назад мы, учителя Лицея КОВЧЕГ, подписали мораторий на домашнее задание…

Я ставлю три точки – чтобы Вы, дорогой коллега, сделали паузу и  почувствовали наконец-то драматизм ситуации. Вы бы поставили свою подпись под приказом о запрете на домашнее задание? Не буду говорить о том, как выполнялся этот мораторий.  Это тема отдельной книжки.

Но у нас хватило смелости  сказать родителям, что мы не задаем домашнего задания.  А еще год спустя, после  ожесточенной внутришкольной дискуссии на первой странице сайта был размещен этот революционный лозунг: «Мы работаем без  домашнего задания!». 

Третье.  И этого нам показалось мало. Что такое два-три часа в неделю на спецкурс? Приходят дети  после нормального урока, где: «Посмотрели на доску…  Вы должны к контрольной работе… Сядь прямо…» - а тут: доски нет, можно по классу ходить, а на вопрос «Можно, я…», учитель говорит, недослушав: «Конечно, можно, на спецкурсе ты можешь делать то, что ты хочешь…».  Эти два-три часа в неделю  достаточно лишь, чтобы в сознание прийти.

И мы пошли дальше. Стали сокращать  уроки – основные уроки. Подумали, что если учителя истории, биологии, географии  ужмут свою программу ну хоть на немножко – ну на одну восьмую – то сколько времени освободится для спецкурсов!

Нарушение закона? Наверное, да. Но ведь ясно, что дети «доберут» своё – ведь спецкурсов стало больше. Мы довели  их число до шести часов в неделю. Хотели еще больше, но остановились.

Я по-прежнему считаю, что в хорошей школе таких не-уроков должно быть много,  часов десять  в неделю. Два часа в день работать не по программе,  делать то, что ты хочешь делать – это  хорошо и для талантливого ребенка, и для школьного неудачника.  Из такой школы выходили бы здоровые физически и психически молодые люди, не потерявшие интереса к жизни, готовые работать головой и руками, способные  к творческим решениям, и с чувством юмора – счастливые люди, одним словом. 

Но разве Здоровый и Счастливый Человек – это цель нашей системы образования?


Мы взвесили свои силы и поняли, что не готовы за два года до очередной аккредитации идти на откровенное нарушение закона при нейтралитете  (дружественном, но нейтралитете) родителей.  И решили «сдать» спецкурсы. Теперь к нам не придерешься – у нас уроков столько, сколько полагается по закону. 

А что делается  на уроках – это уж, извините,  другое дело.