?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

И «какой смешной фильм» и «очень глупое кино» - это проявление  непосредственного восприятия.  Да и  «фильм о вечных ценностях», вроде бы как более широкий взгляд,  - по сути, то же. Малозначащие слова, применимые к любому произведению, ничего не дающие для его понимания. Все это – обычный взгляд, привычная точка зрения,  «мое собственное мнение». Который может быть весьма далеким от того, что имел ввиду Автор.

Можно соглашаться – не соглашаться,  иметь собственную точку зрения, но все-таки стоит попытаться  понять, что хотел сказать, и сказал, автор.

Возможно, было б вернее идти не от биографии  и исторических обстоятельств – а от текста. Замечая в нем разные странности, неожиданные места, особо звучащие слова.  Неровности – складки – текста. Через которые автор и проявляет себя.

Ими могут особо эмоционально заряженные фрагменты – когда сильнее бьется сердце, когда хочется смкяться или плакать.   

Или  ссылки на известные читателю и зрителю образы – мы играем в этом случае как бы «в ассоциации»: а на что это похоже? Что напоминает?   Где мы видели похожее?

Или странности построения текста: повторы, ускорение или замедление рассказывания.

Можно выполнить такое упражнение, чтобы увидеть эти странности: рассказать ту же историю просто так, без украс, просто пересказать сюжет. А потом увидеть, чем этот «документвльный рассказ» отличается от «художественного».

Замысел автора фильма или  текста не виден обычным взглядом, все-таки это произведение искусства.  Это особый, зашифрованный, язык. И мы совершаем действие, обратное действию автора: он зашифровал – мы расшифровываем.

Для расшифровки, видимо, надо выйти за пределы текста:   знать контекст, то есть всякие обстоятельства жизни автора и  эпохи.

Конечно, Мюнхаузен – это рассказ о человеке, который говорит правду, а окружающие ему не верят. Но совсем по другому будет звучать эта фраза, если мы поймем контекст рубежа семидесятых-восьмидесятых годов: что значило тогда «говорить правду» и жить «не так, как все».

Как много умных и правильных вещей говорит в  школе учитель! И как мало их этого  оседает в голове ученика. Слова остаются словами. И ученик, став взрослым, читвет совсем не те книги, о которых говорили в школе. «Разборы» забылись, осталось только «непосредственное восприятие».

Альтернативой «разбору», как впрочем и «непосредственному восприятию» может быть увлекательный путь разгадки текса. От переживания, восприятия сердцем, от «нргавится- не нравится» – к разговору о том,  «почему нравится», как сделан текст. Результатом чего может быть  понимание  автора. То есть взгляд со стороны.

Взгляд со стороны – мне кажется, это и есть зажача гуманитарного образования.

Tags: