?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry


Из всей истории, которой занимаюсь с детьми, мне более всего интересна советская повседневность, жизнь советских людей в 60-70е годы. Во-первых, понятное дело, что это эпоха, близкая нам по времени, а во-вторых, это обычная, бытовая история, а не история великих событий и процессов.

Можно смотреть документальные фильмы, читать мемуары, можно опрашивать родителей и учителей, или изучать интервью, которые делали ученики предыдущего поколения. Но есть еще один ход. Смотреть художественные фильмы.

Общеизвестный факт: «Бриллиантовая рука» - один из самых любимых советскими людьми фильмов. Совершенно фантастическая сумма в прокате. Миллионы посмотревших. Первое или второе место в рейтинге по популярности. Его смотрели все, над ним смеялись все, и даже для нашего поколения сорокалетних, как правило, этот фильм - хорошая комедия. Без всякого политического подтекста.

Но, как известно, последней в фильме (если помните, в финале наша милиция догоняет беглецов на вертолете и пароходе) сначала была сцена ядерного взрыва. Гайдай отснял этот взрыв, и, по его «замыслу», этим и должен был закончиться фильм. В итоговой версии этого кадра нет. Почему? Это стало интригой целого урока. Зачем Гайдай сознательно снимал сцену, которая будет вырезана?

Не буду испытывать терпение читателей. Это была провокация. Гайдай, конечно же, понимал, что сцена – лишняя. Когда члены комиссии, принимающей фильм, увидели такую концовку и закричали, что ее надо вырезать - долго держал оборону, делал вид, что для него это самая принципиальная сцена, без этих кадров он не видит фильма, и на этом держится весь творческий замысел. Потом, когда Гайдай уступил, все вздохнули с облегчением... и пропустили все, что было до этой сцены. Таким образом, Леонид Иович провел через комиссию весь свой замечательный фильм.

В некотором смысле картина Гайдая – тоже ядерный взрыв. Идеологический взрыв в сознании советского человека начала семидесятых годов.

Главный персонаж. Семен Семеныч Горбунков. Примерный семьянин, для которого важнее купить жене шубу, чем отправиться за границу. Человек, готовый прийти на помощь любому («Цигель-цигель-айлюлю!» «Я потом тебе скажу, что ей было нужно»). Человек, который не знает, где спрятать пятьсот рублей, потому что никогда не держал такие деньги в руках. Прячущий пистолет в авоське с продуктами и спрашивающий у милиционера Михаила Ивановича один боевой патрон – на всякий пожарный случай. Человек, прошедший войну. Настоящий советский человек, как дети говорят – «Человек примерного поведения, это как примерный ученик». Государство хотело бы видеть всех людей такими, как он. Образец. Непьющий. «Только в исключительных ситуациях». Не соблазнить даже гражданкой в халатике с перламутровыми пуговицами. И что же? Это образцовый, почти идеальный человек советского общества показан, прямо скажем, как дурачок. Одним словом: Семен Семеныч!

Вот что такое – юмор начала семидесятых годов. Такое было невозможно ни в пятидесятые, ни даже в шестидесятые годы. Это юмор той эпохи, когда Советский Союз уже выдохся. Когда осталась только внешняя оболочка, подобие существования, уже лишенное всякого смысла. Когда все то, что некогда было для нас ценным, дорогим, безусловным – стало предметом беззлобного, мягкого, но вместе с тем вполне однозначного смеха. Вот что такое – семидесятые годы.

Comments

( 1 comment — Leave a comment )
desreiniger
Mar. 1st, 2013 05:24 am (UTC)
То, что Вы называете юмором 1970-х и оказалось самым мощным политическим проектом: зайцы продолжают косить трын-траву и выдают это за политику.
( 1 comment — Leave a comment )